Рожденный с песней

«Дело не в музыкальном стиле. Это то, что Господь сказал моей матери, когда я был еще у нее во чреве. У меня есть то, в чем нуждаются пророки».

Девятилетний Дэвид Элис выключил телевизор после того, как посмотрел мультики. Он услышал звуки знакомой песни под названием «Счастливый день» из гостиной, где стояло их большое пианино. Каждый член семьи умел играть на пианино, поэтому это мог быть кто угодно. Подойдя ближе, Дэвид увидел, что играет его младшая сестра, Тэмми. Вот это да!

Дэвиду нравилась эта песня, но он не мог сыграть ее. Хуже того, его старшие братья Бенни и Лео могли сыграть эту песню. А теперь даже самый младший член семьи смог это сделать!

Дэвид выбежал на улицу, вскочил на свой мопед и поехал. Морской ветер путал его волосы, когда он ехал по дороге, проходящей за их домом в Джексонвилле, штат Флорида. Встретив своих друзей, он вместе с ними поехал за песчаные дюны.

Позже в тот же день, вернувшись домой, Дэвид последовал за своим отцом в гостиную.

«Папа, ты поможешь мне научиться играть эту песню «Счастливый день»?»

«Конечно», – ответил его отец, садясь на скамейку перед пианино.

«Давай я покажу тебе вначале вступление».

Они работали вместе на протяжении часа. Дэвид просто никак не мог сыграть это.

В тот же вечер он услышал еще кого-то, кто играл эту песню. Это был его старший брат Бенни. «Может быть, я смогу посмотреть через его плечо и запомнить, как он двигает пальцами», – подумал Дэвид.

Дэвид тихонечко вошел в гостиную. Но Бенни увидел его и перестал играть. Как и большинству братьев, им нравилось провоцировать друг друга. Смеясь, Бенни отказался играть.

В тот вечер Дэвид лежал в кровати и думал о своем разочаровании. Он был самым худшим пианистом в семье. У него не было дара. Никакого таланта. Ему просто придется жить с этим.

 

Моя песня Тебе

Дэвид говорит: «Мой папа был пастором в Церкви Божьей. Также он был великолепным пианистом и отличным композитором. За свою жизнь он написал и опубликовал больше ста пятидесяти песен. Самую известную он написал в 1956 году, когда ему было двадцать девять лет. Песня под названием «Спасать потерянных любой ценой» облетела весь мир. Билли Грэм использовал ее во время своих крусейдов, и она также стала тематической песней Конвенции Южных Баптистов.

Мои родители играли на пианино, и папа научил всех нас, своих детей. Наши близкие родственники также были музыкантами. Двоюродный брат моего папы был отличным композитором и музыкантом, которого мой папа очень уважал. На меня очень большое впечатление производило, когда наша семья собиралась вместе. В нашей семье никто никуда не уходил, пока мы все ни собирались вместе и кто-то ни начинал играть свои недавние сочинения. Я думал, что это было нормально. Я никогда не думал, что в мире есть люди, которые не умеют играть на пианино».

В том же году произошло событие, которое навсегда изменило его жизнь. Нэнси Хармон и группа «Виктори войсес» приехали в их церковь. У Нэнси был такой звук и такая структура музыки, которые просто захватили Дэвида. Они были такими помазанными, что это было подобно крючку, который зацепил его и тянул за собой.

Во время служения Нэнси исполнила песню, которую Дэвид никогда раньше не слышал – «Это моя песня Тебе». Мелодия и аккорды как будто говорили к его душе. Он рыдал перед Господом.

Он никогда не хотел сыграть что-то так, как он хотел сыграть «Это моя песня Тебе». Желание не проявилось в молитве. Это была глубокая боль в сердце. Это стало зовом его молодого сердца: «Боже, это моя песня Тебе!»

Это было гораздо больше его способности играть.

 

Сверхъестественный звук

Вскоре после этого в одно субботнее утро отец Дэвида проснулся от звуков музыки. Вначале он подумал, что включено радио. Встав с кровати, он обнаружил Дэвида, играющего «Это моя песня Тебе». Это было прекрасно. Это было небесное звучание. Это было помазано.

Когда Дэвид увидел своего отца, он сказал: «Папа, я научился играть это!»

«Нет, ты не научился играть это. Ты не можешь перейти с того уровня, на котором ты играл вчера к этому».

«Но я это сделал».

«Я знаю. Я имею в виду, что то, что ты сделал, было сверхъестественным».

Родители Дэвида сели, чтобы поговорить с ним.

Его папа сказал: «Нам нужно сказать тебе кое-что. Когда твоя мама была беременна тобой, я сказал ей, что, если родится мальчик, я хотел бы назвать его Дэвидом».

Его мама рассказала эту историю.

Она сказала: «Ты знаешь, как твой папа уважает своего двоюродного брата. Поскольку его сына зовут Дэвид, я думала, что он именно поэтому хотел так назвать тебя. Но Господь проговорил ко мне и дал мне слово о тебе».

Господь сказал: «Ты носишь еще одного мальчика. Ты должна назвать его Дэвидом. Он не копия. Он наследник, и он настоящий. Он носитель дара, который предназначен для пророков последних дней. Он будет играть, и они будут пророчествовать».

Мама объяснила: «Я не знала, что это означает, поэтому я спросила об этом у твоего папы. Он напомнил мне, что, когда Давид играл для Саула, он пророчествовал. Поэтому мы знали, кем ты станешь».

Дэвид сказал: «Здорово. А я могу покататься на своем мопеде?»

 

Родословная чудес

Сверхъестественные действия Божьи не были необычными в семье Элисов. Чудеса были частью их родословной. Прадед Дэвида, Джеймс Бэнтон Элис, путешествовал по стране и везде проводил собрания. Ему угрожали, его били, его судили. Но он не переставал проповедовать. В одном городе начальник полиции, чья жена была больна полиомиелитом и сидела в инвалидном кресле, сделал все, что мог, для того чтобы воспрепятствовать проведению служения.

«Если сестра Смит придет на собрание, Бог исцелит ее! – провозгласил брат Элис. – Если она не будет исцелена, я сожгу свои вещи вместе с Библией».

Она пришла, но не для того, чтобы исцелиться.

Она пришла для того, чтобы увидеть, как будет гореть Библия.

Когда брат Элис приказал ей исцелиться во имя Иисуса, Бог поднял ее из инвалидного кресла. Она повернулась, чтобы схватить его, но брат Элис отодвинул его. Она стала бегать за ним, чтобы забрать его назад, и все, кто там находился, были просто потрясены. Позже брат Элис открыл в этом городе церковь, и начальник полиции и его жена стали первыми прихожанами этой церкви.

 

Учась действовать в даре

«Мой папа вырос в этом, – вспоминает Дэвид. – Он играл для моего прадеда, еще будучи ребенком. Я слышал эти истории всю свою жизнь. Они задокументированы в книге моего прадеда, которая называется «Прокладывая тропу для Евангелия». Когда мне было десять лет, у меня не было ни малейшего представления о том, что означает мой дар, но это понимал мой папа. Как только он проявился, он начал развиваться с огромной скоростью.

В тринадцать лет я уже был пианистом в церкви. В 1976 году, когда мне было пятнадцать лет, одна группа попросила меня играть для них во время записи их альбома в студии. Это понравилось мне, и с того года по 1981 я работал пианистом в этой студии. Там было несколько человек, которые записывали простенькие мелодии и музыку для радио- и телерекламы. Вскоре мы начали работать уже для трех звукозаписывающих студий.

Когда мне было семнадцать лет, я часто слышал о баре под названием «Дрисколс». Его хозяином был сумасшедший человек, который превращал свою трубу в огонь. Когда этот человек по имени Фил Дрискол отдал свою жизнь Господу, он однажды пришел на наше служение, которое проходило по средам. Тот вечер навсегда изменил мою жизнь опять».

Фил понаблюдал за тем, как играет Дэвид, и сказал пастору: «У твоего сына есть сверхъестественный дар. Это не нормально». Пастор Элис кивнул головой.

Фил настаивал: «Нет, ты не понимаешь. Это не нормально!»

Пастор Элис улыбнулся: «Мы как раз хорошо это понимаем».

Фил попросил Дэвида играть вместе с ним. Он и его жена, Лин, брали Дэвида на собрания Бизнесменов Полного Евангелия. В 1981 году Дэвид играл во время служения в одной из церквей Ассамблеи Божьей. Фил Дрискол давал концерт, и помещение было переполнено людьми.

Дэвид подумал: «Просто восхитительно!»

Чуть позже Фил посмотрел на Дэвида и сказал: «Сегодня мы будем с тобой играть. Ты будешь играть на новом уровне. Не играй ничего из того, что ты знаешь. Я не буду играть то, что я знаю».

Дэвид подумал, что его сейчас стошнит от волнения.

Фил посмотрел на выражение лица Дэвида и сказал: «Я помогу тебе в этом. Просто играй аккорды, которые будут окутывать те звуки, которые я буду производить».

Закрыв глаза, Дэвид начал играть так, как он никогда раньше не играл.

 

Река пророческого звука

Дэвид вспоминает: «Во мне что-то родилось во время этой песни. Это напомнило мне о том, что Библия говорит в Иезекииля 47:3-6. Когда я играл, я чувствовал помазание по щиколотки, затем по колени, затем по пояс. И затем это стало рекой пророческого звука. Эта песня изменила все собрание и направление в моей жизни. Вот почему я до сих пор люблю Фила Дрискола. Он сказал мне: «Ты никогда не вернешься к этому месту. Если ты это сделаешь, тебя ничто не удовлетворит».

Когда папа Дэвида переехал и стал пастором другой церкви, Дэвид принял должность помощника музыкального директора в церкви пастора Пола Зинка. Жизнь Дэвида и всех людей в этой церкви изменилась после того, как пастор Зинк побывал на собрании в Атланте и услышал Кеннета Коупленда. Он учил о том, что «человек – это говорящий дух, подобный Богу». Вернувшись домой, пастор Зинк начал сосредоточивать свое учение на теме веры. Вскоре он стал пастором церкви в другом штате. Когда он уехал, Дэвид начал работать с Бенни Хинном.

В январе 1985 года пастор Зинк вернулся, чтобы начать новую церковь в Джексонвилле, и попросил Дэвида помочь ему. Он учил на тему «Вера, власть верующего и сила языка». В тот год, после погружения в послание веры, еще одно призвание было помещено в Дэвида. Призвание проповедовать.

 

И Дэвид сказал…

Дэвид признает: «Я мог играть и петь целый день, но я отказывался публично выступать. Пастор Зинк сказал: «Дэвид, ты хотя бы представь свои песни!» Но я не мог. Наконец он сказал мне запомнить несколько стихов из Псалмов и произносить их, когда я буду играть. Когда мои пальцы были на клавишах, я мог говорить. Пастор Зинк знал, что я призван проповедовать, но я боролся с этим.

19 августа 1986 года, на мое двадцатипятилетие, я взял трехдневный отпуск и поехал, чтобы поститься и молиться. Во время поездки я слушал послание Кеннета Коупленда о Давиде и Голиафе. Он сказал: «И Давид сказал: «Сегодня Господь предаст тебя в мою руку…» И дальше он процитировал то, что Давид сказал. «И Давид сказал… И Давид сказал… И Давид сказал…» Каким-то образом по пути это изменилось из того, что Давид сказал Голиафу, в то, что Господь говорил лично ко мне. «И Давид сказал».

Дэвид Элис стал Давидом, который сказал.

На выходные Бог подтвердил его призыв проповедовать.

В 1988 году я увидел исполнение мечты, когда начал путешествовать с Нэнси Хармон. Годом позже, в 1989 году, в перерыве между поездками, мне позвонила женщина, которая сказала: «Дорогой, меня зовут Люси МакКи. У меня церковь, состоящая из двадцати человек, и к нам приезжает Билли Брим».

«Кто он?»

«Дорогой, это не он. Билли – это она, и она тебе понравится».

Дэвид полетел из Монтгомери в церковь этой женщины и служил там в качестве пианиста. После череды сверхъестественных событий он обнаружил в себя в «кадиллаке», едущим вместе с ними в Алабаму.

Дэвид сказал: «Билли, ты помнишь книгу, которую использовали в «Рэме», под названием «Прокладывая тропу для проповеди Евангелия»? Эта книга была написана моим прадедом, который проводил собрания здесь, в Линдоне. Он открыл 17 церквей в одной Алабаме».

Билли повернулась к Дэвиду, и ее глаза горели.

Она сказала: «Приготовься, твоя жизнь вот-вот изменится».

Так и произошло.

 

Соединяясь с пророками

В 1991 году я принял должность пастора в церкви Люси и Китерс, это была маленькая церковь. У нас были замечательные собрания Духа Святого. Люси стала моей духовной матерью. Через нее я познакомился с ее сестрой-близнецом Линн Хаммонд, а также с Билли Брим, Марком Брази, Петси Кеменети, Джо Морисом и другими.

Когда Господь освободил меня от этой должности, Марк Брази попросил меня поехать с ним в Швейцарию на конференцию служителей веры. Когда он проповедовал как пророк для народов, я пел вместе с Рэйджином Вильсоном, и именно тогда это зацепило меня и начало направлять к их помазанию.

Я был просто переполнен. Сразу же после этой поездки я переехал в Талсу, и после этого началось двадцатилетнее путешествие служения вместе с Марком и Жаннет Брази. Первые пять лет мы служили по всей Европе».

Два года спустя Дэвид аккомпанировал Рэйджину Вильсону во время звукозаписи на территории Служения Кеннета Коупленда. Будучи там, Дэвид получил сообщение о том, что Миссии нужен пианист, который сыграл бы вечером во время мотоциклетного ралли, проводимого Служением. Он согласился сыграть.

В конце поклонения брат Коупленд начал петь новую песню в Духе Святом.

Дэвид не был уверен, как играть и что играть, поэтому он помолился. «Боже, если мне когда-нибудь и нужна была помощь от Тебя, так это сейчас!»

Верой он начал играть, и брат Коупленд пророчествовать.

Дэвид говорит: «Брат Коупленд активировал дар, с которым я был рожден».

На следующий день брат Коупленд сказал: «Спросите у Дэвида, может ли он помогать на всех моих служения. То, что я искал, я нашел вчера в этой песне».

Божественное соединение между Кеннетом Коуплендом и Дэвидом Элисом было рождено с песней. С тех пор Дэвид путешествовал с братом Коуплендом на все его главные конференции и служения, и на одну международную поездку в год. Он также продолжал путешествовать и служить с Марком Брази. В 1995 году пастор Эд Дюфрен спросил у Дэвида, может ли он познакомить его с Вэнди Краус, которая посещала его Библейскую школу. Через год Дэвид и Вэнди поженились.

В 2000 году Господь направил Дэвида и Вэнди начать церковь в Калифорнии. После тринадцати лет пасторства в этой церкви, Дэвид, который продолжал путешествовать с Кеннетом Коуплендом на все его главные конференции, принял должность музыкального директора в Миссии Кеннета Коупленда.

В 2015 году Господь сказал Дэвиду помогать брату Коупленду еще больше. Поэтому он начал путешествовать с ним не только на большие конференции, но также и на маленькие личные собрания.

 

Звук трубы

Дэвид говорит: «Я не могу проходить свое поприще без Кеннета Коупленда. Дело здесь не в музыке или музыкальном стиле. Это то, что Господь сказал моей матери, когда я еще был в ее чреве. У меня есть то, в чем нуждаются пророки.

Для меня всегда было что-то особенное в голосе брата Коупленда. Не просто в том, как он пел. Я говорю о его голосе вообще. У него такой же тон и текстура, как и у трубы. Саксофону присуще ворчание. Скрипке присуща воздушность. А у трубы сосредоточенный и проникающий звук.

Однажды мы записывали что-то, и инженер сказал: «Посмотри, как мы выставили эквалайзер для его голоса. То же самое я использую для трубы. Музыкальное оборудование не различает трубу и его голос».

Перед тем как мой отец ушел в славу Божью, мы узнали, что, когда Кеннет Коупленд молился за больных на последних палаточных собраниях Орала Робертса, двоюродный брат моего папы был его музыкальным директором, а мой папа, Леон Элис, играл на пианино. Они были на тех же собраниях.

Интересно видеть, что Бог сделал в нашей семье. Мой двоюродный дядя был музыкальным директором Орала Робертса. Его сын был музыкальным директором Кеннета Хейгина. Я музыкальный директор у Кеннета Коупленда. Мой племянник, Джастин Элис – музыкальный директор у Джона Хейги.

У Дэвида и Вэнди Элис трое детей – Кэйлэб, Джоанна Ли и Бэнтон Джеймс.

«Я прилетел домой после недавнего путешествия с братом Коуплендом, – вспоминает Дэвид. – Я услышал, как мой четырнадцатилетний сын Бэн играет на пианино. Мурашки поползли по моей спине. Я сказал Вэнди: «У него это есть. Он получил призвание».

Дэвид Элис понимает божественное соединение между Богом, музыкой и чудесами. Именно звук с небес стал искрой, которая зажгла излияние божественной силы в День Пятидесятницы. Со дней царя Давида и до сегодняшнего дня правильный помазанный звук пробуждает дар пророка.

Правильный звук – это не то, что является самым популярным.  Правильный звук не определяется ритмом. Он не определяется тем, насколько он новый или старый.

Правильный звук – это звук, который помазанный музыкант слышит с небес и высвобождает на землю. Это звук, который возносит в славу Божью.